Полевой слёт "Сокол-2013"

Приглашение на Масленицу

Пока живет традиция

Праздник Александра Невского

Глядя в глаза

Подготовка к стенке

Пересвет и Ослябя

Анатолий Лебедь Герой России

Беседы с монахом

Иоанн IV Грозный. Правда ли то, что Иван Грозный разорил страну.

Задайте этот вопрос либералам и в ответ без сомнения услышите: «Конечно». Но для начала давайте немного порассуждаем, а чем, собственно, разорённая страна отличается от страны неразорённой. Телевизор смотрят все и все неоднократно видели кадры из каких-либо африканских стран, где люди голодают, или из стран, где западные демократии силой оружия устанавливали демократические режимы вместо диктаторских. Все видели эти обезумевшие толпы людей в дикой борьбе отбирающие друг у друга самое необходимое: продукты, медикаменты, воду, одежду … Делаем вывод: разорённая страна не в состоянии обеспечить людей самым необходимым. Отсюда бунты, кровавые распри, убийства, расправы. Ни у одного автора, даже самого либерального я не нашёл сообщений о голодных бунтах, убийствах из-за куска хлеба во времена правления Ивана Грозного. Иные могут сказать, дескать, диктатор душил проявления народного недовольства в зародыше, его просто безумно боялись. Но бунтов не было и в мягкое правление сына Ивана IV Фёдора Иоанновича. А он то по логике либералов и принял разорённую отцом страну, и правил четырнадцать лет. И ни одного бунта! Что, боялись тени грозного царя? Чепуха. А вот при либеральном Борисе Годунове началось… И дошло до великой Смуты.

Но это эмоции. Эмоции эфемерны и бездоказательны, так давайте дадим слово науке-наук математике. Явление, подтверждённое числовыми данными, становится фактом и, зачастую, неопровержимым аргументом. В.О. Ключевский, описывая положение дел в сельском хозяйстве Русского царства в 1630-ом году, даёт такую картину: «… в одном селе Троицкого Сергиева монастыря в Муромском уезде < > 14 крестьянских дворов, в которых жило 37 человек мужского пола. Они засеяли ржи до 21 десятины; следовательно, всей пашни у них было около 62 десятин в трёх полях, по 4,4 десятины на двор и по 1,7 десятины на душу – прямо нищенский надел; 38 лет назад село пахало почти втрое больше(выделено мною).Даже в малоземельном дворе, засевавшем ½ -- 1 ½ десятины (0,5 – 1,6 га) озимого поля, находим 3 – 4 улья пчёл, 2 – 3 лошади с жеребятами, 1 – 3 коровы с подтёлками, 3 – 6 овец, 3 – 4 свиньи, в клетях 6 – 7 четвертей( около 2 м куб.) всякого хлеба. Только три двора вели крупную запашку в 12 и 15 десятин в трёх полях; у них было 2 и 5 ульев, 4 и 10 лошадей, по 3 коровы с подтёлками, 5 и 9 овец, 5 и 6 свиней и в клетях 30 и 4 четверти всякого хлеба». Как видите, здесь правит бал точное число. Человек, вышедший из деревни, оценив данную статистику, определённо скажет вам, что любое из этих хозяйств способно было кормить семью из 5 – 7 человек, даже за вычетом повинностей и налогов. И, заметьте, земли Муромского уезда не относятся к сверхпроизводительным чернозёмам, это обыкновенные суглинки. Но в данной цитате есть одна важная фраза, выделенная жирным шрифтом. Данные, приведённые В.О.Ключевским, относятся ко временам, когда страна приходила в себя после почти десятилетней Смуты, а почти за 40 лет до этого общая запашка села была втрое больше, надо полагать, и количество скота и припасов также больше. От 1630 отнимаем 38 и получаем 1592-ой год, а это правление Фёдора Иоанновича и 8 лет со дня кончины его отца Ивана IV. Здравый разум не может себе представить, чтобы «разорённая» страна через 8 лет после смерти своего «разорителя» показывала результаты втрое лучшие, чем по прошествии пятидесяти лет от этой даты. А ведь крестьянство было в те времена основой хозяйственной жизни. Было благополучно крестьянство, были благополучны и все остальные сословия, и страна в целом. Здесь требуется ещё одна существенная ремарка. Снова сошлюсь на В.О.Ключевского. Вот что он пишет в своей XXXVII лекции о Русской истории: «На счёт центра заселялись юго-восточные окраины, верхняя Ока, верхнее Подонье, среднее и нижнее Поволжье». Что это за земли? Братцы, это благословенные чернозёмы, с которых мы кормимся по сей день! Надо думать, что хозяйства чернозёмной зоны были гораздо богаче муромских или тверских, и их вклад в общенациональный котёл гораздо весомей.

Те, кто обвиняют царя в разорении собственной страны, очень любят указывать именно на то, что деревня обезлюдела. Но причиной уменьшения населения в центральной части Московского государства был, главным образом, отток крестьян в осваиваемые районы, о чём убедительно пишет Ключевский, хотя, несомненно, люди гибли и в многочисленных войнах. Тем не менее, прирост населения продолжался высокими темпами. Общий прирост населения по разным оценкам составил 30 – 50 %, в абсолютных цифрах население Московского царства достигло 4,5 млн. человек в европейской части, вместе с новоприобретёнными территориями – 12 млн. человек. В те далёкие времена именно рост населения указывал на благополучие, в отличие от наших бесовских времён, когда увеличение благосостояния неизбежно влечёт за собой падение рождаемости. Антихрист не терпит жизни, его стихия смерть и безлюдье.

Войны, о которых мы здесь уже упоминали, кроме людских ресурсов требовали и материальных. Страна нуждалась в огромном количестве оружия, как холодного, так и огнестрельного, «огненного припасу», военного снаряжения, обмундирования, лошадей, провианта. И практически всё необходимое производилось внутри страны. По крайней мере, историки не приводят данных о серьёзных закупках военного характера за рубежом. А вот данные о собственном производстве имеются. Семья Строгановых получает во время правления Ивана Грозного серьёзные преференции на развитие промышленного производства на Урале. Так, в частности, Строгановым было разрешено в неограниченном количестве привлекать на свои заводы крестьян из центральных областей, за исключением нескольких категорий. Насколько успешно шли дела у промышленников Строгановых на Урале, говорит тот факт, что именно они были инициаторами и устроителями завоевания Сибири Ермаковой дружиной. «…добыв оружия, изготовив все нужные запасы, Строгановы объявили поход, Ермака воеводою и Сибирь целию». (Н.Карамзин «История государства Российского», том IX, глава VI) Государство на это предприятие не потратило ни копейки денег, ни пуда железа, ни фунта пороху. Более того,«…они (Строгановы) ежегодно платили царю 23 000 рублей пошлины». (Там же, том X, глава IV).

В это же время в крупный промышленный центр выросла Тула. Специализация – оружейное производство. По данным «Энциклопедии вооружений» серьёзное военно-промышленное производство имели многие монастыри, роль которых в освоении северо-восточных земель подчёркивал В.О.Ключевский. Так Соловецкий и Кирилло-Белозерский монастыри изготавливали пушки.(!) До полномасштабного освоения уральских кладовых основные центры производства железа располагались в Карелии, Каргополе и Устюжне. В Угличе, Ярославле и Устюге варили селитру; в Самарских озёрах близ Волги добывали серу. Сера и селитра являются основными ингредиентами при производстве пороха. Их вкупе с железом производилось столько, что они шли на экспорт. Данные взяты также у Карамзина.

Иван Грозный так «разорил» страну, что при его приемнике, Фёдоре Иоанновиче Московское царство, по словам всё того же Н.Карамзина, содержало самую многочисленную в Европе армию и постоянно наращивало её мощь. «Шестьдесят пять тысяч всадников, из детей боярских, ежегодно собираются на берегах Оки, в угрозу хану (крымскому). Лучшая пехота – стрельцы и козаки: первых 10000 < > вторых около шести тысяч». Кроме русских в армии служили «4300 немцев и поляков, 4000 козаков литовских, 150 шотландцев и нидерландцев, 100 датчан, шведов и греков». Эти, безусловно, служили за хорошую плату. Вместе с городским ополчением Русь могла выставить на бой до полумиллиона(!) вооружённых бойцов. И ведь не обанкротилось государство. Это неопровержимо свидетельствует о том, что в наследство царю Фёдору царь Иван оставил финансы в полном порядке.

Что ж, давайте посмотрим на финансы. Читатель, наверное, уже заметил, что мы обильно цитируем Н.Карамзина и приводим большинство данных из эпохи правления Фёдора Иоанновича. Это сделано по двум причинам. Во-первых, ссылаясь на Карамзина, мы уходим от возможных упрёков недоброжелателей в тенденциозном подборе материалов, ибо Карамзин был выразителем мыслей как раз либеральных слоёв русского общества. Но его данные проверены другими исследователями, и что касается цифр, Карамзину в целом можно доверять. Во-вторых, правление царя Фёдора идёт сразу же вслед за правлением его отца Ивана Грозного, и все те неурядицы, которые отец мог прикрывать своим авторитетом, непременно бы проявились в самом начале правления сына. Так всегда случается при смене сильного правителя более слабым. Но ничего подобного не произошло при восшествии на престол Фёдора Иоанновича. Историки в один голос отмечают плавность и размеренность правления этого царя. Итак, финансы. Снова обратимся к Карамзину. Вот, что он пишет: «…в сокровищницу Кремлёвскую, под Фёдорову или Годунова печать, ежегодно поступало, сверх главных государственных издержек на войско и двор, не мене миллиона четырёхсот тысяч рублей (от шести до семи миллионов нынешних серебряных)». Это означает, что государство имело ежегодно 1400000 рублей свободных денег, которые могло тратить по своему усмотрению! Становится понятным, откуда черпал средства Иван Грозный, финансируя строительство сорока каменных церквей, шестидесяти монастырей, ста пятидесяти пяти городов и крепостей; создание государственной почты, содержание трехсот почтовых станций, создание и содержание сети бесплатных общеобразовательных школ (данные из доклада Вячеслава Манягина). Возможно такое в разоренной стране? Для справки: тот же Карамзин во второй главе одиннадцатого тома своей Истории указывает стоимость четверти ржи накануне жесточайшего голода 1601—1603 годов (это уже эпоха Годунова) в 12 – 15 денег. Четверть – это 16 кг, деньга равна двум полушкам или полкопейки, получается, пуд ржи стоил 6 – 7 1/2 копейки или килограмм зерна стоил примерно 0,375 копейки. То есть за рубль в эпоху царя Фёдора можно было приобрести почти три центнера ржи! И знаете, кто спас в те голодные годы русский народ от окончательного вымирания (голод убил половину населения страны)? Иван Грозный! Карамзин пишет: «…нашлися огромные скирды, в течение полувека неприкосновенные и поросшие деревьями». Но «в доставлении (хлеба авт.) встречались неминуемые, едва одолимые трудности <…> Обозы шли Россиею как бы пустынею африканскою, под мечами и копьями воинов, опасаясь нападения голодных, которые не только вне селений, но и в Москве, на улицах и рынках, силою отнимали съестное». (Том XI, глава II) Знакомые картинки? Голодное одичание одинаково, что в XVIIвеке, что в веке XXI. Вот и ответьте теперь на вопросы: 1) При ком были заложены стратегические запасы хлеба?; 2) Почему скирды простояли нетронутыми 50 лет всего, и из них 18 лет после смерти грозного царя?; 3) Почему «разорённая» страна 18 лет терпела, и только потом принялась есть? Все ответы будут в пользу царя Иоанна IV Грозного, и к колдуну не ходи.

При Иване Грозном Московское царство становится серьёзным торговым игроком, имея достаточно товара на экспорт и связывая через свою территорию Запад с Персией и Средней Азией. Перечень экспортных товаров не особенно велик, темнее менее включает в себя как традиционные сельхозпродукцию и продукты промыслов, так и товары промышленного производства. Уже при царе Фёдоре из страны за рубеж, в Европу и Азию, отправляется огромный ассортимент первоклассных мехов на общую сумму 500 тысяч рублей ежегодно; воску до 50 тысяч пудов; мёд; сало до ста тысяч пудов (1600 тонн); до десяти тысяч штук лосиных и оленьих кож; тюлений жир; рыба; икра; множество птиц, к примеру, кречетов; лён и пенька; соль; дёготь; моржовый клык; слюда; новгородский жемчуг. Про серу, селитру и железо мы уже упоминали. Русские купцы осуществляли транзит по своей территории иностранных товаров в двух направлениях: порт Архангельска – азиатские рынки и азиатские рынки – Архангельск. Пока русскими удерживалась Нарва, бойкая торговля шла через неё. С потерей Нарвы объёмы внешней торговли с Европой резко сократились, Архангельск из-за природных условий как порт менее удобен, однако оставались достаточно большими. В этом смысле интересны исследования последних лет, проведённые подводными археологами на всём протяжении реки Волхов. Во времена Ивана Грозного эта река продолжала играть роль важной транспортной артерии. На дне Волхова исследователи обнаружили около сотни корпусов русских торговых судов разных веков. Наибольшего размера суда достигают в промежуток примерно с середины эпохи правления Ивана IV до конца эпохи Алексея Михайловича. Самый большой из обнаруженных кораблей имел длину 36 метров. Он на несколько метров длиннее, чем линейные корабли эпохи Петра I. Понятно, что суда таких размеров строились под серьёзные торговые обороты.

Давайте подводить итоги. Один умный человек, защищая идею самодержавия, сравнил страну под управлением монарха с семьёй, в которой есть строгий заботливый хозяйственный отец (царь) и дети (народ). И далее он сказал, – разве оставит добрый отец своим детям в наследство хозяйство в запущенном виде, хуже того – разорённое, конечно же нет, он будет стремиться оставить детям всё в самом лучшем виде. Первый Русский царь Иоанн IV с честью пронёс монаршее бремя и оставил своим наследникам, удвоенное по площади (с 2,8 млн. кв. км до 5,4 млн. кв. км) мощное устроенное государство. Следовавший курсом, определённым отцом, царь Фёдор Иоаннович добавил мощи и устроения Руси. И только «отказ от социальной системы Рюриковичей» (В.Манягин) Борисом Годуновым привёл народ к разорению и голоду, а страну на грань катастрофы.

В начало

Братство казаков 'Терек'